всё вместе аниме манга колонки интервью отвечает Аня ОнВ
3 заметки с тегом

Мамору Хосода

Cahiers du Anime

Молодой бородатый культуролог Эван Пущак (также известен под ником The Nerdwriter) в свежем видеоэссе из цикла Understanding Art делится своим анализом первого полнометражного «Призрака в доспехе» (1995) Мамору Осии. Ничего такого, о чём не писали бы в свое время критики в высоколобых киножурналах, но где сегодня те журналы, да и где в тех журналах зримость и наглядность, столь важные в киноведении.

Как тут не вспомнить и другого, без шуток, просветителя из ютьюба — монтажера Тони Чжоу, автора канала Every Frame a Painting. За последние год-полтора тот дважды обращался к японской анимации — вот Чжоу популярно объясняет отношения Сатоси Кона с пространством и временем:

…а ниже — безумно интересно рассказывает о технике продольной траекторной съемки (lateral tracking shot, когда камера следует за объектами как в видеоигре-сайдскроллере) на примере «Волчьих детей Амэ и Юки» (2012) и других фильмов. ■

Волчьи дети Амэ и Юки

Студентка Хана очарована угрюмым вольнослушателем-одиночкой и робко, в день по чайной ложке, подкатывает к нему до взаимности — вроде бы еще одна токийская история любви в пастельных тонах. Но за миг до первого поцелуя пассия Ханы обрастает хвостом и шерстью: молодой человек не человек вовсе, а потомок древнего рода волков-оборотней, чудовище в глазах обывателя. Красавица, впрочем, реагирует стоически: усы, лапы и хвост — пусть; главное, ребята, сердце.

Улыбка оптимистки Ханы не меркнет даже тогда, когда опускаются руки.

Молодая межвидовая семья обустраивается по мере сил в каменных джунглях, да только беда не за горами. Убитая горем Хана остается вдовой с парой диких, но симпатичных отпрысков-перевертышей на руках. И ворохом проблем соответственно — ребята-зверята рвут, метают, ревут, хворают, не разбирая обличий. К ветеринару? В больницу? В детсад? В клетку?..

Чураясь по понятным причинам людей, Хана вынуждена перенести проблему верволка в среднюю полосу. Дауншифтинг: руина фермы на стыке девственной природы и цивилизации, идеальный полигон нравственного ergo физического самоопределения детей с двойным дном. Именно здесь младшенький, тихоня Амэ, и взбалмошная непоседа Юки (от ее лица ведется повествование-мемуар) постепенно решат каждый для себя, какому из миров принадлежать, пока мама мучится-учится выживать, налаживать быт, обихаживать огород, привечать люд, сторожить секрет и принимать своих детей такими, какими у них в конечном счете получится стать.

«Волк человеку — человек!» — напутствие первоклашке. Отправить в школу оборотня — важный психологический этап для родителя.

Очевидным образом Мамору Хосода, режиссер «Девочки, покорившей время» и «Летних войн», снова угадал с общественным запросом, на этот раз предложив подчеркнуто негромкую, но проникновенную, исподволь чарующую историю, авансом определенную всеми в нишу между своими лентами-предшественницами и миядзаковским «Тоторо»; почувствуйте, что называется, уровень ожиданий. Публика по выходу картины с прогнозами согласилась как минимум монетой. В японском прокате «Волчата» влегкую обошли не только собственно «Девочку…» и «…Войны» вместе взятые, но такой вот фортель: едва не переиграли Studio Ghibli со «склонами Кокурико» на ее же поле, показав аналогичный кассовый результат; недобрая тенденция для вчерашних лидеров индустрии, стабильно, фильм от фильма, теряющих в сборах. Зато важная вешка для набирающего обороты Хосоды: еще до начала работы над «Амэ и Юки» режиссер покинул Madhouse, основав собственную студию Chizu, кузницу исключительно персональных амбиций; «волчата» стали дебютной картиной новообразования — и такой успех на старте, отличный почин, ощутимая потеря для Madhouse.

Конечно, не «Тоторо» — и даже всё-таки не «Девочка…». Тем не менее. «Волчьи дети Амэ и Юки» звучат, может быть, менее пронзительно, — а с безошибочно узнаваемыми интонациями; в вырисованных от души пасторалях, в свальном кубаре со снежной горы — мгновении концентрированного счастья (сцена особенно трогательно рифмуется с почти идентичным моментом «Девочки…»), в зеленом, простите, море местной тайги, в старом доме и пустой ввечеру сельской школе разлито ощущение конца детства, эта специфическая элегия потери и обретения. Пока еще можно в любой момент скинуть шкуру и надеть тапочки, но всё предельно. Волк воет. Ветер носит. Время бежит. Дети взрослеют, решают, уходят разными дорогами — вместе с детством исчезает, как водится, сказка. А той, что остается, важно принять сердцем: покой и воля — это когда никто не уйдет обиженным. —ОШ

Oоkami Kodomo no Ame to Yuki, полнометражный фильм, 117 минут, 2012 год. Режиссер Мамору Хосода, производство Studio Chizu. Кинопрокат в России — на фестивале Reanifest. В рамках акции «Народная лицензия—2» компания Reanimedia собирает средства для выпуска фильма в России на Blu-ray и DVD.

Шерстка как щетинка вздыбилась на спинке

Тизер нового фильма Мамору Хосоды про вдову вервольфа с двумя детьми. «Тоторо» пересекается с условным спин-оффом «Волчьего дождя» для дошкольников, конфликта пока не видно вовсе (воображение рисует драму в диапазоне от «Ночной бури» Гисабуро Сугии до «Серой Шейки» Полковникова—Амальрика), — на кадрах только дачная жизнь, мороз, солнце и пушистые старты, напоминающие сцену с беготней в «Девочке…» того же Хосоды. Основной состав творческой группы перекочевал из проекта Summer Wars, японская премьера в конце июля, до России картина доберется не раньше осени. —ВК