всё вместе аниме манга колонки интервью отвечает Аня ОнВ
9 заметок с тегом

Хидэаки Анно

Евангелие от Анно

Когда в МГУ и Сорбонне станут читать лекции по истории аниме, начинать их будут так: «Золотой Век японской анимации пришелся на 90-е годы двадцатого столетия. Образно говоря, все мы вышли из контактной капсулы Синдзи Икари...». О «Евангелионе», самом загадочном сериале за всю историю аниме, рассказывает Николай Караев.

Этот материал был опубликован в 7-м номере журнала «АнимеГид» в мае 2005 года и воспроизводится здесь с разрешения автора. Оригинал публикации можно скачать в pdf.

Ре­во­лю­ция? Эво­лю­ция? ЕВА­лю­ция?
Малый джентльменский набор сериалов, который бывалые анимешники рекомендуют к просмотру неоперившимся отаку, включает в себя, как правило, одни и те же названия. «Евангелиону» (ласково — «Еве») в этом наборе место найдется всегда. Может быть, с оговоркой «на любителя» — хотя тут же выяснится, что «любителей есть», и немало. За что любят Shinseiki Evangelion, сразу не объяснишь, ясно только, что сериал этот для анимешников — святое. Что и логично, и бесконечно странно. Логично — потому что так оно исторически сложилось: говорим «Ева» — подразумеваем «аниме». Ни одному другому сериалу не посвящено столько сайтов, владельцы которых пытаются понять, кто такая Рэй Аянами, куда делся второй Ангел и кто убил Ка... впрочем, спойлерить грешно. Безграничная популярность «Евангелиона» — научный факт, даже люди, почему-то оставшиеся к нему равнодушными, отмечают, что «что-то такое» в сериале есть. По статусу «Евангелион» равен «Войне и миру»: классика, как к ней ни относись.

А странно это потому, что чем-чем, а классическим аниме «Евангелион» точно не является, пусть он и набит стереотипами вроде большеглазых школьников. Прорисовка — не фонтан: одни говорят, что у студии Gainax было мало денег, другие — что режиссер Хидэаки Анно так всё задумал с самого начала. Сюжет только кажется обычным, на деле в нём чёрт ногу сломит, последние серии — и вовсе крутой авангард. Разве что тема ИБМ (идиотских боевых машин) раскрыта. Хотя это были не роботы...
«Ева» не произвела в аниме революции: мейнстрим по-прежнему течет по обжитому в 1980-х руслу, даже более поздний сериал-подражание RahXephon — исключение, подтверждающее правило. С другой стороны, «Еву» нельзя назвать и тупиковой ветвью жанра. «Ева» абсолютно, непререкаемо самодостаточна.
Получилось так, может быть, потому, что Анно не хотел произвести в индустрии переворот, заработать денег или снять нечто традиционно-добротное. Всё было куда проще и человечнее. «Говорят, что жить — значит меняться, — писал режиссер за три месяца до премьеры. — Начиная работать над сериалом, я хотел, чтобы по его завершении персонажи и мир преобразились. Таково мое искреннее устремление. Мне по силам вложить в Евангелион всего себя — человека, который за четыре года потерял всё и не мог ничего сделать. Эти годы я только и делал, что убегал, я был не мертвым, но и не живым. Я приступил к работе с одной мыслью: „Не убе­гать! Не убе­гать!..“».

ЕВЫ — не то, чем они ка­жут­ся
Впрочем, «Евангелион» имел все шансы стать красивой анимешной сказкой вроде Escaflowne. Сказки ведь бывают всякие: веселые, грустные, страшные. Только непонятными и безвыходными сказкам быть запрещено, эти свойства зарезервированы за реальностью. И не стоит уповать на то, что «Евангелион» — аниме. Биороботы-ЕВЫ тоже одеты в красивые доспехи, но наступит момент истины — и шлемы с масками будут сброшены.
Правда, поначалу всё выглядит достаточно романтично. Японский школьник Синдзи Икари управляет человекоподобным биороботом (Евангелионом) и истребляет плохих пришельцев (Ангелов). Как говорится, «есть такая профессия — Землю защищать». Вместе с ним человечество спасают две школьницы, Рэй Аянами (с голубыми волосами) и Аска Лэнгли-Сорю (с рыжими). Героическая троица состоит на службе у секретной организации NERV, возглавляемой отцом Синдзи, Гэндо Икари. Чем дальше в лес, тем опаснее Ангелы; однако люди из NERV — очаровательная Мисато Кацураги, спокойная Рицуко Акаги, мудрый Фуюцуки — найдут под началом бесстрастного Гэндо выход из любого положения. Одновременно разворачивается почти детективная интрига: оказывается, за спиной NERV стоит преследующий свои цели тайный комитет SEELE.
Всё верно, но... Что ЕВЫ, как совы из «Твин-Пикса», совсем не то, чем кажутся, несмотря на торчащие из них питающие кабели и электрический свет в глазах, — видно уже из первой серии. И это только начало; позже придется смириться с тем, что все упомянутые персонажи лишь хотят казаться такими, какими выглядят. Собственно, для того чтобы расшифровать сюжет «Евы», нужно понять истинные мотивы героев. Прямо по Конфуцию: «Не бойся, если люди не понимают тебя, бойся, если ты не понимаешь людей...».
А что вы думали — это мультик про то, как роботы с Ангелами дерутся? Нет, тут всё куда сложнее. Привыкайте к тому, что люди ведут себя не как в сказке: страдают — по полной, смеются — в голос, молчат — минутами. Один рассуждает о потерянном рае, другая выбирает себе в магазине купальник, третий пытается избавиться от депрессии, и всё это — в шаге друг от друга, без спасительных для психики зрителя переходов. Вы в жизни видели переходы?
Вот автомобиль Мисато перевернуло взрывной волной от сброшенной на Ангела бомбы. Синдзи, сын начальника NERV, уцелел чудом. И о чём, вы думаете, размышляет капитан Кацураги, мчась на полной скорости в резиденцию NERV, город Токио-3? о том, что единственное приличное платье пострадало и машина разбита, а по лизингу еще платить и платить... Не задался день. А Ангел — что Ангел? Ну — прилетел. Впервые за пятнадцать лет, да. Так на то NERV и существует, чтобы с Ангелами сражаться. И шуршат, шуршат цикады... Тоже не зря: в Японии насекомое «ш-ш-ш» слышно только в определенное время года, постоянное шуршанье — не к добру. Ну да, на Земле же теперь всегда жарко, потому что случился Второй Удар и полчеловечества погибло в природных катаклизмах и войнах. Только впечатление такое, что никого это особенно не волнует, — ни школьников, ни учителя истории. Человек способен привыкнуть ко всему.
Но: жить — зна­чит ме­нять­ся.

Ге­рой дол­жен быть... или не дол­жен?
Чем больше узнаешь о будущем «Евангелиона», тем больше запутываешься. Взять хоть Ангелов. Почему «Ангелы»? На крылатых белоперых созданий они не похожи — ни один. А похожи эти кошмарные куклы из ужасного далека на непотребных существ с картин Иеронима Босха. И тем не менее нам сообщают, что Ангелы состоят из материи, практически тождественной светы, и что вообще они — почти как люди. На 99,89 процентов. Опять же — взрослые этому не удивляются. А Синдзи, конечно, слишком неуверен в себе, чтобы задавать вопросы. Ангел — враг. Поймал врага в прицел — стреляй. Вот пуля полетела — и Ангел мой упал... Короче, одна неразбериха с этими врагами.
А герои кто?
Синдзи: беспрерывно страдает от одиночества и в то же время панически боится с кем-либо сдружиться. Или кажется, что боится?
Аска: ее смысл жизни — побеждать, она не остановится ни перед чем, лишь бы доказать, что она лучшая. Или кажется, что не остановится?
Рэй: аутичная, молчаливая, неулыбчивая, готова выполнить любой приказ Гэндо Икари. Или кажется, что готова?
В общем, ни одного приличного главного героя. Взрослые не лучше: комплекс на комплексе и травмой детства погоняет. Даже Гэндо — и тот какой-то странный. Почему командующий Икари ехидно улыбается, когда его заместитель Фуюцуки рассуждает о конце света?
В том и фишка: умножать число аниме про «борьбу бобра с ослом» Хидэаки Анно не захотел, и даже историю про то, как настоящее Добро побеждает всамделишное Зло, снимать не стал. А снял он конспирологическую фантастическую мыльную оперу с философским подтекстом. Даже не притчу, хотя если бы Евангелион был притчей о том, что победа над собой куда важнее победы над Ангелами, ему не было бы цены.
Нет, сюжет и не думает делиться на квест «внешний» и квест «внутренний». Скоро будет десять лет, как прогрессивное отачество гадает: о чём же «Евангелион»? О конце света, как мы его знали?
Но простите, по версии какой религии?

Бо­ги из би­о­ро­бо­тов
Религиозных мотивов в «Евангелионе» пруд пруди. Начиная с названия: «evangelion» с греческого — не что иное, как «евангелие» или «благая весть», «shinseiki» с японского — «новая эпоха». Итого — «благая весть новой эпохи», название, прямо скажем, не без претензии.

Ангелы с их странными, но вполне «историческими» именами (Сасиил, Ариил, Израфил...) и названные в честь волхвов компьютеры Центральной Догмы (Каспар, Бальтазар и Мельхиор), — тоже плоть от плоти иудеохристианской традиции. Как и Адам, Ева, Лилит, а также копье святого Лонгиния, стражника, которому выпало пронзить сердце распятого Иисуса. И еще — огромные световые кресты, крестик Мисато, девиз NERV, начинающийся со слов «Бог в своих небесах...». Не говоря о каббалистическом Древе Сфирот.
Есть, однако, мнение, что все эти символы Хидэаки Анно использовал намеренно, дабы смутить и без того перепуганного анимешника, спешно обложившегося сочинениями по еврейской мистике и христианской эсхатологии. А на самом деле «Евангелион» построен на традиционной японской религии синто: Синдзи, Рэй и Аска — это боги Сусаноо, Аматэрасу и Удзумэ, отпрыски божественных супругов Идзанаги и Идзанами. Копье Лонгиния — Небесное Копье из мифа о сотворении японского архипелага.
Есть другое мнение: описанный Апокалипсис — не христианский вовсе, а буддийский. И еще мнение — что толковать сериал нужно исключительно по Карлу Густаву Юнгу. Но тут мы рискуем забраться в напрочь непроходимые дебри. Да и какая, в конце концов, разница, о чём в «Евангелионе» рассказывается? Может быть, о создании Бога. Или о воскрешении Бога. Или даже об убийстве Бога. Может, о локальном Апокалипсисе в сознании Синдзи. Или о глобальном, космических масштабов. Кого это интересует — тот может посмотреть полнометражный фильм «Конец Евангелиона» и, простите за каламбур, вконец же озадачиться.
Между тем эксперимент, который проводит Анно, прост. Если бы любой из нас мог стать Богом; если бы нам дали право пересотворить реальность так, как нам того хочется, — каким стал бы мир?

Ког­да прой­дет боль
Аниме, фантастика, экшн, комедия, мистика, религия, философия — это для Евангелия от Хидэаки Анно лишь декорации. Объясняет Анно решительно не то, что показывает. «Я размышлял о том, смогу ли наполнить фильм тем, что чувствую сам. Я знаю, что это жестоко, сложно и бессмысленно — но именно к этому я стремлюсь. И я не знаю, каков будет результат... история во мне еще не закончена».
История Синдзи Икари, Хидэаки Анно и того, кто смотрит «Евангелион», продолжается двадцать шесть серий. Ты следишь за битвами с Ангелами, переживаешь за Синдзи, норовящего сбежать от жестокого отца, смеешься, когда Аска в очередной раз орет «анта бака!», «ты дурак!», пытаешься понять, почему так странно ведет себя Рэй, разгадываешь шарады и постепенно вживаешься в шаткую сериальную идиллию. Но тебя предупредили: конец света не за горами. Режиссер аккуратно подводит героя, себя и тебя к той черте, за которой провал. Потом декорации исчезают — и вы трое начинаете судорожно искать выход.
Главное — не убегать. От себя далеко не убежишь, и если твоя жизнь превратилась в страдание, остается одно: стать самому себе Богом и пересобрать себя заново. Когда это происходит, разница между Синдзи Икари, Хидэаки Анно, зрителем и Богом исчезает. И провал — исчезает тоже. И происходит чудо.
...Предположим — просто предположим! — что NERV прав, что Бог в небесах всё-таки есть, и что Он помогает тем, кто сбился с пути, расставляя на этом самом пути знаки: освобождение от страдания — вон в той стороне.
Для од­них та­ким зна­ком мо­жет стать пинкфлой­до­вс­кая «Сте­на».
Для дру­гих — «Приг­ла­ше­ние на казнь» Владимира Набокова.
Для треть­их — «Еван­ге­ли­он Но­вой Эпохи».
Мы жи­вем в эпо­ху Еван­ге­ли­о­на. Спел же Бо­рис Гре­бен­щи­ков за­дол­го до по­яв­ле­ния се­ри­а­ла, но точь-в-точь о нём:

Так пусть идет дождь,
пусть го­рит снег,
пус­кай по­ет смерть
над гус­той тра­вой.
Я хо­чу знать,
прос­то хо­чу знать,
бу­дем ли мы тем, что мы есть,
ког­да прой­дет боль.

Под странным Древом дремлет ЕВА, секретный NERV на Древе том...
Иудейские мистики-каббалисты верят в то, что Бог «раскладывается», оставаясь при этом единым и неделимым, на десять атрибутов, ступеней лестницы мистического откровения, проявлений вовне, позволяющих нам познать божество. Десять божественных качеств получили в каббале название «сфирот», или «чисел» (единственное число — «сфира»). «Совокупность десяти сфирот, образующая Древо Сфирот, — пишет авторитетный исследователь каббалы Гершом Шолем, — понимается как динамичное единство, в котором раскрывается жизнедеятельность Бога».
К «Еве» эти рассуждения имеют самое прямое отношение. Древо появляется там постоянно: два раза во вступительном ролике; на потолке огромного кабинета Гэндо Икари; в фильме «Конец Евангелиона». Попыток связать происходящее с теорией каббалы делалось множество; приводимый здесь расклад главных персонажей — одна из них.
В каждом персонаже доминирует качество «его» сфиры. Например, Синдзи — основание (последняя надежда человечества); Рэй — непреходящее сияние (по-японские ее имя означает и «ноль», как в ЕВЕ-00, и «луч», от английского «ray»); Аска — победа (стремление побеждать) и так далее. Вместе с тем каждый персонаж заведомо ограничен и «неполон», ибо лишен качеств других сфирот.
При анализе Древа по вертикали каббалисты выделяют три столпа. Главный столп «образуют» отец, мать и сын Икари, а также Ангелы, с которыми эти трое находятся в загадочной связи. Левый столп — Колонна Суровости, и чем дальше от Короны Бога, тем «холоднее» персонаж. Правый — Колонна Милосердия, и чем дальше от короны, тем персонаж эмоциональнее.
По горизонтали Древо делится на три треугольника (не считая особенной сфиры Малхут). Первый — треугольник наивысшего знания, которым обладают Гэндо и его доверенные лица. Второй — три аспекта женского начала: материнство, ученость, любовь; эти же аспекты заключены в трех компьютерах Центральной Догмы. Третий — три избранных ребенка, три пилота.
Сфиры связаны между собой по сложной схеме двадцатью двумя линиями, каждой из которых соответствует буква еврейского алфавита. Сфира Тиферет (Юи Икари) на особом положении — она связана напрямую со всеми сфирот, кроме Малхута. Остальные линии отображают связи между персонажами — росдтвенные, любовные, дружбы-ненависти. На досуге каждый может изучить эти связи более подробно.
Кстати: каббалисты считают, что в каждой сфире отражаются все остальные сфирот. С этой точки зрения Хидэаки Анно — завзятый каббалист, его герои много рассуждают об отражениях в душах друг друга. И если соотношение сфирот и персонажей соответствует истине, приходится признать, что девиз NERV («Бог в своих небесах — и в порядке мир!») — не пустой звук: в этой организации в «разобранном виде» работает единый и неделимый Бог. ■

Журнал «АнимеГид» издавался в Москве с ноября 2003 по ноябрь 2010 года, всего вышло 39 номеров. Часть редакционного коллектива сейчас работает над «Отаку».
 1268   3 мес   аниме   Евангелион   НК   Хидэаки Анно

Годзилла: возрождение

«Годзилла» Хидэаки Анно оказалась не просто тридцатым фильмом о том, как человек в резиновом костюме упоенно крушит картонный Токио, а в первую очередь сатирой о бюрократии, политиканстве и параличе власти. Когда невесть что заплывает в Токийский залив, начинается череда многоуровневых совещаний — министерства и ведомства не могут решить, в чью юрисдикцию входит кайдзю, перекидывают друг на друга ответственность, заслушивают палеонтологов, рассаживаются во всё новых war rooms, собирают конституционных экспертов для выяснения правомерности использования Сил самообороны, бесконечно инициируют протоколы, спорят с американцами, спорят с ООН, недоговаривают на пресс-конференциях, говорят лишнего на следующих пресс-конференциях, сливают факты в СМИ и т. д. Первый выстрел из оружия по Годзилле делают на 50-й минуте фильма! После чего монстр живописно выносит половину города вместе с министерствами, и в дело вступает более лучшая молодая бюрократия. И основывает временный штаб. И проводит правильную летучку. И слушает каких нужно ученых!

Местами это нежданный ремейк «Доктора Стрейнджлава», местами — почти документальный повтор событий вокруг фукусимской катастрофы. Местами — ожидаемый ремейк «Евангелиона»: в созданном молодыми специалистами мозговом центре легко угадываются очертания NERV, вдобавок Анно практически переснимает «операцию Ясима» из «Евы», только вместо стрельбы всей электроэнергией Японии по ангелу тут весь японский химпром сначала вырабатывает средство для заморозки Годзиллы, а потом накачивает монстра этим составом, как свифтовского Гулливера. Эпизод, когда колонны автонасосов и цистерн мчатся на заморозку Годзиллы, удивительным образом чуть не покадрово воспроизводит советский фильм «Прорыв» о заморозке размыва в ленинградском метро.

А еще Анно с этой «Годзиллой» собрал какую-то уйму денег и выкупил права на «Евангелион», который теперь целиком и полностью принадлежит его студии khara. ■

 316   10 мес   Годзилла   кино   токусацу   Хидэаки Анно

Постъевангелион. 20 лет спустя

4 октября исполнилось двадцать лет с момента выхода в японский телеэфир первой серии «Евангелиона», во многом определившего букву и дух современного аниме. В связи с юбилеем Николай Щипков написал для «Отаку» колонку о бесконечной восьмерке.

«„Ева“ — это история, которая повторяется» — Хидэаки Анно

Стандартный формат текста о художественном произведении массовой культуры, которому вот-вот исполнится одна пятая века, — некролог. Однако не в случае «Евангелиона». Спустя такое количество времени, что вспоминать сериал должны были бы только киноведы да ностальгирующие по юности 35-летние старцы, он не только здравствует, но буквально месяц назад получил в Японии переиздание на Blu-ray. Оригинальное 26-серийное аниме в очередной раз перерисовали и дополнили парой сцен; даже если не считать цикла кинофильмов Rebuild of Evangelion, все уже давно потеряли счет его ремейкам и перепевкам. В чём же причина неугасающей популярности?

Хидэаки Анно так перегрузил свой opus magnum символизмом, неясностями, перипетиями и недосказанностью, что по поводу его самых туманных намеков спорили, спорят и будут спорить. Разбирали покадрово и будут разбирать. Писали пространные простыни рассуждений-на-тему, говорили о «транснациональном медиакульте» и составляли почти религиоведческие трактаты. Всё это было и всё, по-видимому, на этом не закончится.

Но чтобы ответить на поставленный вопрос, оставим пока споры на тему границ и глубины дискурса «Евангелиона» и обратимся к фактам. «Евангелион нового поколения» таким вихрем ворвался в мир анимации, оставил такой яркий след в ее истории потому, что, судя по всему, автор сериала сумел ухватить нерв времени. Напомню, первая половина 1990-х в Японии — это период заметного экономического спада, а также урезания финансирования индустрии рисованных развлечений. После провала в прокате в конце 1980-х «Акиры» и «Крыльев Хоннеамиз», свежие идеи и визуальные новшества на некоторое время ушли из телевизионного и полнометражного формата, а на передний план индустрии вышли OVA, выходившие на кассетах. Их количество резко выросло до невиданного ранее масштаба, что не могло не сказаться на общем качестве, однако среди них можно вспомнить и достойные образцы — например, Legend of the Galactic Heroes или «Моя богиня!». Впрочем, для японской анимации в целом это всё же был период стагнации (что особенно заметно при сравнении с предшествовавшей и последующей пятилетками). Связано это было не только с уменьшением денежных потоков, но с идейным и стилистическим застоем. В нестабильное время аниматоры решили не рисковать и пошли путем наименьшего сопротивления. И если вы думаете, что клише у фанатов того времени не сидели уже глубоко в печенях, то глубоко ошибаетесь. Сидели. Еще как.

Не появись «Евангелиона», многие хорошо известные сериалы последней двадцатилетки либо вообще никогда не увидели бы свет, либо выглядели бы совершенно иначе. Экспериментаторам Сатоси Кону и Макото Синкаю негде было бы развернуться. Синъитиро Ватанабэ и Ёко Канно вряд ли бы решились на такой опыт, как неоретрокосмический вестерн. Сериалам вроде «Эрго Прокси» или Mushishi точно не было бы ходу, не говоря о таких слабовменяемых и откровенно авангардных проектах как «Эксперименты Лэйн» или Texhnolyze. Ходу не было бы в аниме; у манги, где неординарности и смелости живется легче, всегда был свой, отличный путь.

Так в чём было новаторство «Евангелиона» и почему оказанное им влияние чувствуется даже сейчас? Одно можно сказать определенно: оно было не в сюжетной завязке. Хотя тот факт, что сюжет быстро сошел с накатанных рельсов, чаще всего объясняют тем, что Анно очень хотел снять эдакую деконструкцию жанра, да еще и наполнил ее, нахватавшись фрейдисткого психоанализа и поверхностного религиоведения, всякой заумной терминологией. Может быть. Это не главное.

Есть, по моему мнению, две главные вещи, которые отличали «Евангелион» от остальных сериалов той эпохи. Первое: точно схваченный авторами психологический нерв исторического момента — переживания переходного периода в постиндустриальное и постмодернистское общество. Это и проблемы межличностной коммуникации, разобщенность и разделенность социума, и бегство подростков от самих себя, замыкание в виртуальной реальности, и поиск своего я в новой среде, враждебной по отношению к одинокому человеку. И все эти вопросы конкретной эпохи были заданы в такой общефилософской форме, что легко при необходимости соотносились с проблемами более общего, высокого, вневременного порядка.

С другой стороны, своему времени созвучно свое искусство, поиски ответов на вечные вопросы каждый раз приходят в новой форме. Иногда ответ искусства на эти вопросы весьма точен и адекватен — тогда рождаются шедевры, как, например, было в эпоху европейского Ренессанса. Великих мастеров XV—XVI веков современники даже называли divino, «божественными». А в ином случае искусство спотыкается, терзается, мучается, но не может в адекватной форме выразить искания своего времени — тогда на смену гармонии приходят дисгармония и растерянность; характерный пример — авангард начала XX столетия, апофеозом которого стал печально известный черный квадрат. Проблемы, связанные с новым витком индустриализации и мировыми войнами были, а классическое изобразительное искусство дать им точное выражение уже не могло — поэтому так прямо и заявило: «мы в тупике!» Ну, то есть, конкретный тупик и изобразило.

«Евангелион» сложно отнести к той или иной группе с полной определенностью. Это его отличительная черта: он одновременно и следует, и не следует архетипическим шаблонам. Сериал построен на противоречиях, противоречиях формы и содержания, которые отражают мятущийся и неопределенный дух эпохи. Волосы персонажей, с одной стороны, согласно анимешным канонам тяготеют к неяпонскому разноцветью, при этом зритель не наблюдает откровенного фарса зеленых или пурпурных оттенков. Сюжет использует классические ходы, экспозиции и повороты, но показывает их под совершенно новым углом. Ключевой персонаж, по всем правилам трагического пафоса призванный быть образцом храбрости и добродетели, на поверку оказывается трусливым, замкнутым и слабохарактерным, однако в критические моменты всё же проявляет подобающие герою моральные качества.

Через противоречия такого рода «Евангелион» пытается выразить невыразимое: трагедию поколения. И в каком-то смысле это получается. Сериал остается верен себе (в идее о противоречиях) даже в концовке — по сути, отсутствующей. Возникает ситуация, которую по-английски принято называть anticlimactic: кульминация есть, а развязки — нет.

Герои такого рода произведения, то есть трагедии, обязательно должны в развязке испытывать катарсис, нравственное очищение. Причем не просто очищение, а такое, которое вместе с ними переживает и зритель. Это ключевой момент европейского искусства, берущего свое начало в искусстве древнегреческом. На стыке этического и эстетического, в единый момент, происходит нечто мистического, почти религиозного свойства. Вспомним развязку гоголевского «Ревизора»: момент раскрытия главной интриги (не для зрителя, а для действующих лиц пьесы), момент развязки — это пятиминутное гробовое молчание. Пять минут молчания на сцене равносильны вечности. То же самое происходит и в «Евангелионе», в 24-й серии. Пять минут тишины и осознания чего-то и всего. Причем осознают и Синдзи, и зритель. Затем — занавес.

Однако если в гоголевской пьесе показ осознания, пробуждения ото сна и был главной целью, в «Евангелионе» всё иначе. Осознание-то есть, экзистенциальный страх бытия прямо и осязаемо чувствуется — а сил и мотивации выйти из этого порочного круга, сбросить ярмо страха, нет. Нет ни у Синдзи, ни у зрителя, ни у самого Хидэаки Анно. Оригинальные 25—26 серии — отмазка, высосанный из пальца, внушенный самому себе, искусственный и фальшивый катарсис. Вот и получается, что все трое обречены топтаться на одном месте: Синдзи всё так же боится садиться в робота, Анно не может закончить «Евангелион», снимая бесконечные ремейки и делая «режиссерские» переиздания, а зритель и фанат обречены на поиски смыслов, надеясь в их глубине найти ответы на вопросы, которые «Евангелион» задает, но на которые не утруждается ответить.

Пытаются на них ответить и большинство сериалов и фильмов последующего поколения, поколения постъевангелиона — но, в основном, всё так же безуспешно. Вот и получается, что «„Ева“ — это история, которая повторяется», повторяется, словно дурной сон, вот уже двадцать лет. Повторяется, а мы высматриваем, хотим высмотреть в этой бездне бессвязного и бессознательного то, чего там нет и отродясь не было.

Закончился ли в японской анимации период постъевангелиона? Пока ответ на поставленные новым дискурсом вопросы не найден — нет. Однако надежда еще остается, потому что ответ на них есть, и обитает он не в фанфикшне и не в Blu-ray-изданиях, а в голове автора, Хидэаки Анно. Сможет ли он найти в себе мужество «не убегать», подобно своему герою, и одним точным ударом навсегда закрыть проблематику «Евангелиона», достойно завершив его? Или же поиск ответа уже в руках нового поколения? Вопрос остается открытым. —НЩ

Редакция «Отаку» не обязательно разделяет мнение колумниста.
 147   2015   аниме   Евангелион   колонки   НЩ   Хидэаки Анно

Анонсирована антология Animator Expo

Студия Khara, известная главным образом по новым картинам из цикла «Евангелион», готовит 30 короткометражных фильмов разных авторов для показа в онлайн-видеосервисе NicoNico. Премьера первого мультика ожидается 7 ноября: короткометражка The Dragon Dentist писателя Отаро Майдзё (Ashura Girl, Speedboy) и аниматора Кадзуи Цурумаки («Дайбастер», FLCL) расскажет о приключениях девочки, которая вознамерилась лечить зубы дракону.

Антологию продюсируют Хидэаки Анно («Евангелион») и Нобуо Каваками, глава компании Dwango, владеющей сервисом NicoNico. Полное название проекта — Japan Anima(tor)’s Exhibition; отталкиваясь от этой странной записи Анно придумал маскота — схематичного человечка по имени (ТОР)-кун, а логотип антологии со вписанным в него (ТОР)-куном набросал самолично Хаяо Миядзаки (также сообщается, что миядзаковское название выкрасил в красный цвет не абы кто, а президент Studio Ghibli Тосио Судзуки). Официальный сайт традиционно скверно переведен на английский язык; в лаконичном комментарии сопродюсеры рассуждают о «гибкости самовыражения», «эксплуатации индивидуальных талантов» и «устремленности в будущее, свойственной японским анима(тор)ам», но главное, в общем-то, ясно по трейлеру без всяких пояснений: будет круто. —ВК

 14   2014   studio khara   аниме   антологии   ВК   короткий метр   Хидэаки Анно

Что творится

Крылатые машины, международные проекты, большие деньги, достижения анонимусов, примечательные трейлеры, душа аниме и новая старая манга — в обзоре текущих событий.

12 июня правительство Синдзо Абэ утвердило дальнейшее финансирование программы Cool Japan: для глобального продвижения продукции японских «креативных индустрий» — то есть аниме, манги, поп-музыки, моды, дизайна, архитектуры — из государственного бюджета будет выделено 50 млрд иен (около 16,5 млрд рублей). Что это значит для нас? По всей видимости, можно ждать расширения деятельности Японского фонда: больше фестивалей, выставок, гастролей, книг, курсов, семинаров; не исключено, что исследователям аниме и манги станет проще получать гранты на научную работу. J-Fest и «Хинодэ», надо думать, подрастут в масштабах, зачастят всевозможные «послы культурной дипломатии» (если вдруг текст читают кураторы программы из Бункатё — пожалуйста, сделайте что-нибудь с Такамасой Сакураем, слушать эту пластинку четвертый год подряд будет невыносимо). Кроме того, государственное финансирование съемок мультипликации не ограничится ежегодным сборником Anime Mirai: так, 50 млн иен выделяют на производство совместного японско-американского полнометражного фильма Project Alpha (предварительное название) студии Lucent Pictures, а Астро-бой, говорят, долетит аж до Нигерии. Предполагается, что жить станет лучше и веселее.

● ● ●

Studio Ghibli представила список сэйю и показала пять постеров следующего фильма Хаяо Миядзаки — «Ветер поднялся» (Kaze tachinu). Главного героя картины, конструктора истребителя Mitsubishi Zero Дзиро Хорикоси, озвучил не профессиональный артист дубляжа, а «отец „Евангелиона“» Хидэаки Анно. Японская премьера состоится 20 июля — корреспонденты «Отаку» как раз будут в Токио и оперативно поделятся впечатлениями.

Занятный фактоид: часть звучания мотора самолета в фильме имитируется человеческим голосом. Миядзаки и продюсер Тосио Судзуки вообще хотели записать саунд-эффекты вдвоем, но звукорежиссер их отговорил.

Помимо участия в проекте Миядзаки-отца, Анно недавно привлек внимание СМИ и зрителей по другому поводу. Режиссер призвал к защите токусацу, японской школы и жанра спецэффектных фильмов, находящихся, как убежден Анно, на пороге исчезновения. По всем канонам токусацу — с миниатюрными макетами, актером в костюме монстра и настоящей пиротехникой — сделан короткометражный фильм «Бог-воин приходит в Токио», снятый в прошлом году Анно при продюсерской поддержке Studio Ghibli и фактически ставший развернутым прологом миядзаковского аниме «Навсикая из Долины Ветров» 1984 года.

● ● ●

Новость из серии «сегодня он Death Note читал, а завтра родину продал»: агентство «Рейтер» выяснило, что Эдвард Сноуден, организатор утечки секретных материалов ЦРУ и АНБ, десять лет назад был анимешником и мастерски играл в Metal Gear Solid Tekken.

● ● ●

Роман Studio 4°C c автогигантом Toyota вылился в очередное короткое аниме из цикла Peace Eco Smile: на этот раз инопланетянин Пес, трио его лупоглазых помощников и земная девушка Куруми обживают компактный седан Vios, разработанный для восточноазиатского рынка.

Сменился не только режиссер: получив в свое распоряжение мир PES, Хидэкадзу Охара сильно переработал внешний вид персонажей.

● ● ●

Автор «Скотта Пилигрима» Брайан Ли О’Мэлли нарисовал Сейлор Мун — «ни с того ни с сего, просто захотелось освежить образ». О’Мэлли пишет, что Усаги Цукино в свое время стала его проводником в мир аниме и манги. История нашей жизни, Брайан. История нашей жизни.

● ● ●

Краудфандинговый блиц

• За последние месяцы японские компании открыли две онлайн-площадки для зрительского софинансирования аниме. На платформе Anipipo собирают деньги для съемок трех проектов, в том числе милой рождественской короткометражки Santa Company. Сайт AnimeSols предлагает уже готовый продукт: пользователям из США и Канады бесплатно показывают старое аниме (Black Jack, Creamy Mami, Yatterman и Tekkaman — вещи из каталогов Tezuka Productions, Tatsunoko и Pierrot), предлагая скинуться на официальный выпуск этих сериалов на носителях. Судя по счетчикам, западная аудитория встретила предложение без особого энтузиазма.

• Японская студия J.C.Staff и французы из Pollux Animation планируют собрать 16000 евро для создания 90-секундного трейлера мультсериала Asterion; с этим роликом творческая группа отправится искать корпоративных спонсоров. Придуманные французскими иллюстраторами образы персонажей адаптирует для экрана Хироси Симидзу (ведущий аниматор Michiko and Hatchin), к работе привлечены Ситиро Кобаяси (художник-постановщик телеверсии «Берсерка»), Хиромаса Огура (автор многих фоновых картинок для «Акиры» и «Призрака в доспехах»), Кадзуо Тэрада — раскадровщик, режиссер Flag и Ulysses 31. Пока собрано 13% необходимой суммы, остается 40 дней.

• Cбор средств для съемок и производства документального сериала «Отаку на видео» финишировал на 366% первоначальной суммы, повторная экспедиция в Японию неизбежна — с 12 по 31 июля смотрите на YouTube новый цикл ежедневных видеоподкастов. Стоит, наверное, сказать, что онлайн-журнал Look At Me упомянул «Отаку на видео» как пример в руководстве по краудфандингу, плюс нас заметила зарубежная пресса: материал о проекте напечатал «Восток Цусин» — еженедельник для японских предпринимателей, госчиновников и представителей СМИ.

• На ведущем мировом краудфандинговом сайте Kickstarter очень успешно выступила Studio Rikka: попросили 18000 долларов на выпуск Blu-ray с международной версией чудесного аниме Time of Eve, получили уже почти в семь раз большую сумму, и это не предел. Присоединиться к акции можно до 22 июня.

Полнометражный вариант Time of Eve снабдят субтитрами на разных языках, включая русский. К диску приложат 40-страничный буклет на английском языке.

● ● ●

Корреспондент сайта NBN поговорила с Иэном Кондри, автором книги «Душа аниме: совместная креативность и история успеха японских медиа» (The Soul of Anime: Collaborative Creativity and Japan’s Media Success Story, издательство Duke University Press, 2013). Тематика беседы — аспекты производства, распространения и потребления анимации; хип-хоп, торренты, социальная синергетика, онлайн-сообщества фэнов, шагающие роботы, труд, языки, глобализация, будущее демократии и капитализма, Мамору Хосода, логос, космос, хаос и трансмедийный дискурс (простите). Послушать 70-минутную запись можно здесь, за Kindle-версию книги Amazon просит $13.17.

Также в рубрике «занимательное чтиво»:
Перевод (с японского на английский) интервью Мааи Сакамото, из которого следует, что артисты озвучения «Евангелиона» тоже не понимают, о чём он.
• Андрей Фоменко, «Полеты Хаяо Миядзаки».
• Николь Ламерикс, «Культурная динамика додзинси и косплея: локальный аниме-фэндом Японии, США и Европы» (PDF, англ.)
• Ан-Мин До, «Три вещи, которые стартапер может почерпнуть из манги One Piece» (англ.)
• Japanator публикует интервью режиссера Хироси Нагахамы, где тот объясняет, почему предпочел для экранизации Aku no Hana технику ротоскопирования (посчитал, что необходима максимально реалистичная манера подачи), отчего не остановился на видео с актерами, всё-таки выбрав анимацию (чтобы персонажи не ассоциировались с конкретными артистами), и отвечает критикам стремной картинки, что лучше, мол, запомниться крипотой, чем не запасть в душу вовсе.

Aku no Hana («Цветы зла», в честь бодлеровского сборника стихов) — неожиданное отражение «Школы» Валерии Гай Германики, самобытная экранизация сильной манги и безусловный хит сезона.

● ● ●

Легион анонимусов умеет дидосить сайты, жечь водометы турецкой полиции, разводить школьниц на неприличные фото и — открыто достижение! — дешифровывать выдуманные языки из аниме The Devil Is a Part-Timer! и Gargantia.

● ● ●

Постоянный читатель «Отаку» Л. Э. Волосянис попросил редакцию выбрать три самых важных аниме-трейлера последнего месяца. Редакция думала ровно пятнадцать секунд.

Антология Short Peace Кацухиро Отомо («Акира», «Стимбой») и других режиссеров. Японская кинопремьера 20 июля.
OVA Ghost in the Shell Arise: новые приключения известных лиц и планшета Microsoft Surface; первая серия выходит 22 июня.
Сериал Uchouten Kazoku по роману Томихико Морими (The Tatami Galaxy) в японском телеэфире с 7 июля.

● ● ●

Тысячи (ну хорошо, десятки) ценителей манги горько вздохнули прошлой зимой, когда издательство «Росмэн» закрыло «Росмангу» — в рамках этого суббренда выходил «Дораэмон» в переводе Дмитрия Коваленина и ряд других комиксных серий: «Гостевой клуб лицея Оран» Хатори Биско, «Староста-горничная» Хиро Фудзивары, «Бабочка» Ю Айкавы, «Семя Тьмы» Киты Конно, адаптация «Звездного пути» и победитель голосования «Манга года 2011» на сайте «Мангавест», «Мобильная маргаритка» Кёсукэ Мотоми. «Дораэмона» удалось издать два тома из более чем четырех десятков существующих, росмэновцы почти не рекламировали свое манга-направление, мало внимания уделяли коммуникации с аудиторией. Образцовая детская манга (каковой «Дораэмон» считается по праву) русскому читателю по-прежнему чужда — просто получить лицензию, напечатать томики, развезти их по магазинам в данном случае явно было недостаточно. Поглядим, как дело пойдет дальше: в мае о спасении «Дораэмона» и «Гостевого клуба» объявил ведущий (и единственный) некромант российского рынка манги, екатеринбургская «Фабрика комиксов»: обе серии продолжат выходить.

Стараниями того же спасателя увидел свет первый том «Торадоры», который ранее собиралась издать «Палма Пресс» (опять-таки, сошедшая с дистанции во время Великого Коллапса Местных Манга-издательств), а в своем «онлайн-буфете» «Фабрика» собирает предварительные заказы на обновленный тираж манги «Босоногий Гэн» о послевоенных буднях Хиросимы. Прежний выпуск состоялся еще в середине 1990-х; «Гэн», похоже, следует считать первой мангой, добравшейся до России официальным путем. Те не слишком презентабельные книжечки давно стали библиографической редкостью (или рассыпались), и вот читателям обещан куда более солидный вариант со специально нарисованными обложками и каким-то особым шрифтом. —ВК

● ● ●

Один из создателей «Юной революционерки Утэны» Кунихико Икухара демонстрирует иллюстрации художницы Тихо Сайто для релиза сериала на Blu-ray. Казалось бы, при чём здесь Фредди Крюгер.
Ранее Ctrl + ↓